Статьи

Кто придумал диамат?

Переводчик Дени Дидро, историк философии, успевший побывать руководителем сектора науки Наркомпроса РСФСР, директором Института мировой литературы имени Горького, главным редактором Государственного издательства художественной литературы, первооткрыватель Ленина-философа, один из основателей советского диалектического материализма...

Прошло 80 лет со дня смерти Ивана Капитоновича Луппола (1896  (1890?) – 1943), нашего отца-основателя, первого ответственного редактора журнала «Советский музей», человека, который многое сделал для российской гуманитарной науки, но ещё больше, наверное, так и не успел совершить.

Все ответственные редакторы журнала «Советский музей» были личностями яркими и неординарными. Эти люди к моменту вступления в должность накопили большой багаж знаний и имели за плечами богатую историю. Журнал менялся не только с течением времени, но и когда на пост ответственного редактора приходил новый человек со своим пониманием музейной действительности.

Перед тем, как стать первым ответственным редактором «Советского музея», Иван Капитонович Луппол сыграл главную роль в подготовке и проведении I Всероссийского музейного съезда. В докладе, прочитанном на съезде, И.К. Луппол определил новой основополагающей идеей музейного дела диалектический материализм. Того же подхода он придерживался и работая в журнале. Луппол считал, что на пути строительства социализма в новом государстве было необходимо «на основе метода диалектического материализма перестраивать музеи „снаружи“ в смысле их сети, в смысле типов музеев, и „внутри“ — в смысле экспозиции материала, который характеризует и определяет тот или иной музей... Мы должны сами переделывать наши музеи, мы должны превращать их из старых музеев в новые, построенные на принципах диалектического материализма». [1]

Суть этого подхода И.К. Луппол объяснял тем, что все материальные предметы находятся между собой в отношениях, а также в постоянном историческом движении. Если принять во внимание утверждение о единстве бытия и мышления, то музей, являясь собранием вещей и предметов, должен был показывать и историческое бытование этих предметов, и классовую борьбу, в которой они существовали, опираясь на диалектическое единство материальной действительности.

И.К. Луппол считал, что «диалектический материализм учит партийности» [2], учит на основе познания определять с революционной точки зрения все «за» или «против» того или иного явления. Значит, и музеи должны были всей своей экспозицией не только объективно показывать отражаемую смену явлений или борьбу классов, но вместе с тем подводить посетителей к оценке этих феноменов. Музейный посетитель должен был оказаться партийным, если он внимательно осмотрел экспозицию, партийным в том смысле, в каком говорил В. И. Ленин о философии, — то есть обязательно должен высказываться либо за, либо против. По этой причине с первого же выпуска журнала «Советский музей» под руководством И. К. Луппола повторялась идея значимости музея как политико‑просветительского учреждения, действующего согласно задачам и установкам партии.

Такой оригинальный подход к музейной проблеме неслучаен: Луппол к тому времени был крупным философом и литературоведом: в 1924 – 1927 годах он — заведующий философским кабинетом Института К. Маркса и Ф. Энгельса, член редколлегии журнала «Летописи марксизма», в 1925 – 1931 годах — профессор кафедры исторического материализма этнологического факультета МГУ, в 1925 – 1938 годах — заведующий кафедрой марксистско‑ленинской философии Института красной профессуры.

К моменту проведения музейного съезда и создания журнала И. К. Луппол уже давно и плотно занимался анализом и исследованием истории философии. Он написал монографию «Дени Дидро», которая стала первой книгой, посвящённой анализу идей французского философа в России. Луппол также был первым переводчиком и издателем работ Дидро. Под руководством своего учителя А. М. Деборина он участвовал в выпуске 10‑томного собрания сочинений Дидро на русском языке в 1935 году. Он написал множество работ о философии просвещения, включая «Пути философской мысли в СССР» «Мировоззрение Гёте», «Лев Толстой. История и современность», «Философский путь В. Г. Белинского», «Дени Дидро. Очерки жизни и мировоззрения», был редактором книги «История философии XIX века», с его предисловиями были изданы сочинения классиков русской и мировой литературы. [3]

И.К. Луппол начал формировать свои философские представления о диалектическом материализме в музейном деле ещё в 1924 – 1927 годах. Он опубликовал ряд работ, в которых проанализировал философские идеи в трудах Ленина, став первопроходцем этой темы. В 1924 году были опубликованы работы «Ленин в борьбе за диалектический материализм», «Ленин как теоретик пролетарского государства», в 1925 году — «Проблема культуры в постановке Ленина». И. К. Луппол подчёркивал, что все работы Ленина были насыщены философским содержанием и его философские взгляды являются прикладной диалектикой.

И.К. Луппол, один из организаторов Института философии, принадлежал к деборинской школе философов. Однако после того, как А. М. Деборин отказался писать статью о Сталине как о «величайшем философе всех времён и народов» [4] для газеты «Правда», деборинская школа попала в опалу. Вследствие разгрома школы И. К. Луппол вынужден был сместить акцент с философии на вопросы литературоведения, издательского дела и музееведения.

Журнал «Советский музей» стал не первым и не последним крупным научно‑просветительским проектом, реализованным Лупполом. С конца 1920-х годов он проводил масштабную научно‑организационную работу: в 1927 – 1929 годах состоял ответственным секретарём Центрального бюро Союза работников просвещения; в 1929 – 1932 годах заведовал сектором науки Наркомпроса и до января 1934 года был членом коллегии Наркомпроса. В 1932 – 1934 годах Луппол возглавлял Объединение государственных книжно-журнальных издательств (ОГИЗ), в 1934 – 1938 годах — издательство «Художественная литература». В журнале «Научный работник» регулярно печатались статьи И.К. Луппола по вопросам организации науки в‑стране. Следуя за своим учителем Дебориным, он активно продвигал идеи зарубежных стажировок для молодых специалистов и сам неоднократно выезжал в Европу на крупные философские конференции. [5]

Вполне возможно, что благодаря положительному взгляду И. К. Луппола на обмен опытом с западными научными кругами в журнале «Советский музей» и возникла рубрика «За границей», в которой крупные музейные деятели описывали различные европейские музеи на основе своего опыта посещения их в командировках. Эти статьи имели именно просветительский характер, в них описывались такие особенности музейной деятельности, которые можно было бы использовать и в СССР.

В июне 1935 года И.К. Луппол стал первым директором Института мировой литературы, впоследствии включивший в себя Музей и архив А. М. Горького. Луппол был также директором Всесоюзной Пушкинской выставки, организованной в 100‑летнюю годовщину гибели А.С. Пушкина. Как известно, на основе этой выставки был создан Музей А.С. Пушкина в Москве.

Наш первый главный редактор был удивительным человеком и профессионалом, чья деятельность повлияла и на музейную сферу страны, и на всю советскую философскую школу. К сожалению, о его личной жизни сохранилось мало данных. Луппол знал, что он, знаменитый и уважаемый человек, ходил по острию и не мог не нажить себе врагов. Группа «механистов» (Л.И. Аксельрод, А. И. Варьяш, А. А. Ческис), которая выступала с зачастую лживыми нападками на «диалектиков», в итоге одержала победу и не простила Лупполу его смелых и глубоких научных изысканий, коими сами «механисты» не отличались.

В 1941 году И. К. Луппол был арестован по обвинению в контрреволюционной деятельности и приговорён к смертной казни. В 1942 году смертная казнь была заменена заключением в исправительно-трудовом лагере на 20 лет, где он скончался от истощения 26 мая 1943 года. Реабилитирован и восстановлен в звании академика посмертно 26 мая 1956 года.

И.К. Луппол смог организовать работу журнала, собрать ведущих музейных деятелей страны в редакционную коллегию. Именно благодаря его глубоким познаниям в разных областях «Советский музей» приобрёл свой первоначальный вид. Были обозначены главные направления, задачи и основные идеи, которых придерживался журнал: применение метода диалектического материализма к различным типам музеев, музеи и индустриализация страны, музеи и коллективизация сельского хозяйства, музеи и оборона, музей и школа, музей и национальное строительство, музей и антирелигиозная пропаганда — то есть все пути развития музейного дела, которые продолжали в той или иной степени освещаться даже после ухода первого ответственного редактора с поста.

И.К. Луппол понимал весь масштаб отсталости музейной деятельности к 1931 году, о чём писал в передовой статье первого выпуска журнала, и видел своей целью уничтожить эту отсталость, оживить музейный мир, создать орган для взаимной помощи, обсуждения и обмена опытом.

[1] Луппол И.К. Диалектический материализм и музейное строительство: доклад на Первом Всероссийском съезде 1 декабря 1930 года. М., 1931. С. 32.

[2} Там же.

[3] Корсаков С. Н. Иван Капитонович Луппол: ренессансный человек в тисках сталинского режима // Философский журнал. 2013. № 1. С. 139.

[4] Там же.

[5] Иван Капитонович Луппол: ренессансный человек в тисках сталинского режима // Философский журнал. 2013. № 1. С. 153–156.

Печатается по: Полина Форминская. Кто придумал диамат? // Мир Музея. 2023. № 5. С. 36 – 39.

На илл.: Обложка журнала «Советский музей». 1931. №2.
На обложке: И.К. Луппол и философ А.А. Максимов на могиле Гегеля во время научной стажировки в Германии. Фото 1928 г.
См. также:
Полина Форминская. Музееведение в СССР: начало // Мир Музея. 2022. №12. С. 45 – 47.

Полина Форминская. 19‑летний капитан // Мир Музея. 2023. №1. С. 22 – 25.

Полина Форминская. Планетарий «на коленке» // Мир Музея. 2023. №2. С. 29.

Полина Форминская. Журнал жалоб и предложений // Мир Музея. 2023. №3. С. 45.